Весьма консервативный характер носили средние учеб­ные заведения. В немецких государствах средние школы-гим­назии предназначались для зажиточных сословий, преиму­щественно для дворянства. Содержание образования в них ограничивалось, как правило, теологией и латынью, гре­ческий язык считался второстепенным предметом. Родной язык, арифметика, геометрия, естественные науки не вклю­чались в содержание образования. Попытки отдельных го­родских гимназий включить в содержание преподавания род­ной язык, новые языки и математику не могли изменить общей картины в целом. И хотя с середины XVII в. в гимна­зиях немецких городов стали использоваться учебные книги Я.А. Коменского, их применение было узкофункциональным: они служили в качестве пособий при изучении латинского языка.

Господство классицизма обусловило и схоластический характер гимназического обучения. Тот же дух формализма царил и в университетах, ориентированных на подготовку будущих священнослужителей, юристов и врачей. Грамматические школы в Англии, дававшие повышенное образование, были частными учреждениями интернатного типа с высокой платой за обучение и содержание учащихся, что определяло их аристократический состав. В этих закрытых учеб­ных заведениях также безраздельно господствовал классицизм: латинская и греческая грамматика, чтение и переводы антич­ных авторов, причем содержанию античного наследия вни­мания не уделялось, поскольку произведения античной лите­ратуры изучались исключительно с точки зрения грамматики.

В XVI–XVIII вв. большинство французских средних учеб­ных заведений находилось в руках иезуитов, вплоть до их изгнания из Франции в 1762 г. Основанный как орудие Контрреформации (1534), орден иезуитов имел своей основной задачей ограничение влияния протестантизма и сохранение господства католической церкви в странах Западной Европы. Стремясь воспитать преданных последователей католической церкви, иезуиты для своих учебных заведений разработали четкие правила образовательно-воспитательной деятельнос­ти, изложенные в детально разработанном «Школьном уста­ве» – «Ratio studiorum». Этот документ, принятый еще в 1599 г., сохранял свою силу вплоть до 1832 г.

Основным учебным предметом в иезуитских коллегиях был латинский язык – язык католической церкви. Родной язык не только отсутствовал в учебном плане, но даже пользо­ваться им учащимся не разрешалось. В центре обучения нахо­дилась латинская риторика.

Однако в отличие от многих средних учебных заведений того времени «грамматико-риторический» классицизм иезу­итских коллегий отличался тем, что включал некоторые эле­менты знаний по истории, географии, естествознанию и ма­тематике, которые под общим названием «эрудиции» – «уче­ности» осваивались при чтении латинских текстов. Обучение латинской риторике сопровождалось религиозными настав­лениями. Общая направленность преподавания имела целью подготовку учащихся к занятиям богословием. Для достиже­ния этой цели в иезуитских коллегиях использовались неко­торые достижения педагогики эпохи Возрождения: рацио­нальный режим и соблюдение санитарно-гигиенических тре­бований в школе; забота о телесном развитии с помощью физических упражнений; классно-урочная система и нагляд­ность обучения; стимулирование интереса к занятиям; ис­пользование различных учебных упражнений; постепенный переход от простого к сложному и т.д. Однако все подчиня­лось одной цели – воспитанию фанатической преданности католической церкви и соблюдению ее иерархии. Учение, игры и досуг воспитанников иезуитских коллегий жестко рег­ламентировались и проходили при неусыпном надзоре, в который вовлекались и сами воспитанники, – каждый дол­жен был доносить старшим обо всем дурном, что усматри­вал в своих соучениках. Специально разработанная система наказаний и поощрений была основана на воспитании «стра­хом бесчестия», а также на противопоставлении учеников друг другу, когда успех и честолюбие воспитанников в инди­видуальной или групповой состязательной деятельности по­ощрялись за счет унижения товарищей и т.п. Все воспитание в иезуитских коллегиях было направлено на то, чтобы выт­равить самосознание личности, превратить ее в послушное орудие церковной организации.