Европейские школы

В первые десятилетия XIX в. для За­падной Европы было характерно возрождение идей раннего утопи­ческого социализма, о чем речь ве­лась ранее.

Наиболее яркими представителями этого направления об­щественной мысли были, несомненно, французы Клод Анри Сен-Симон (1760–1825), Франсуа Мари Шарль Фурье (1772– 1837), а также англичанин Роберт Оуэн (1771–1858).

Все они, хотя и были представителями различных сосло­вий – К.А. Сен-Симон – аристократ, Ф.М.Ш. Фурье – сын торговца, Р. Оуэн – сын ремесленника, – в своих соци­альных воззрениях были очень близки, исходя из признания несправедливости существовавшего в их время обществен­ного устройства и мечтая о создании общества, в котором свободный труд и все достижения науки и их практическое использование будут поставлены на службу всем людям. Ес­тественно, что при высокой оценке роли науки в развитии общества и всех его членов представители утопического со­циализма XIX в. особое внимание уделяли вопросам просве­щения в целом, проблемам воспитания и образования    под­растающего поколения в частности.

 

Социальные учения XIX в. явились результатом стремле­ний теоретически осмыслить глубинные изменения, происходившие в экономике, и перспективы развития европейс­кого общества того времени. Завершившийся промышлен­ный переворот в Англии и его нараставшие темпы в других европейских странах породили принципиально новую социокультурную ситуацию: массовое первоначальное образова­ние всех детей становилось общественной необходимостью.

В связи с этим Р. Оуэн, например, отмечал, что настало время, когда британское правительство может ввести наци­ональную систему образования для всего народа, что приве­дет к очень важным и благотворным переменам. К.А. Сен-Симон, в свою очередь, утверждал, что все люди независи­мо от их социального положения имеют потребности не только в средствах к существованию, но и в образовании и нравственном воспитании. Он был убежден, что прогресс общества может быть осуществлен только просвещенными людьми.

Однако реализации этой прогрессивной идеи препятство­вал преимущественный спрос на простой, неквалифициро­ванный труд, характерный для ранней стадии машинного производства, что порождало массовое использование на предприятиях женского и детского труда. Так, по данным парламентских исследований, к 1830 г. только 30% детей трудового населения Англии могли посещать школу.

Опираясь на личное знание об­щественной ситуации и докумен­тальные свидетельства, социалис­ты-утописты XIX в. говорили об эксплуатации детского труда, что не позволяло осуществлять должное воспитание и образование детей.

Конструировавшаяся в умах со­циалистов-утопистов XIX в. новая система общественных отношений и педагогические идеи, изложенные в их произведениях, являлись как бы естественным продол­жением всей предшествующей истории развития утопических идей о преобразовании общества. Конечно, представления об обществе будущего имели у каждого из социалистов-утопис­тов XIX в. свои особенности. Но при этом существенно важно выделить присущие им общие черты.

Новое общество, основанное на рациональной организа­ции хозяйства, должно было преодолеть безработицу, кри­зисы перепроизводства, обеспечить расцвет промышленнос­ти и сельского хозяйства и в своей совокупности содейство­вать благосостоянию всех слоев населения.

Освобожденные могучие силы, полагал, например, Р. Оуэн, откроют простор удовлетворению потребностей человека. Пла­номерное приложение науки к производству позволит по­кончить с прежним разделением труда, с превращением лю­дей в «живые машины».

Вместе с тем социалисты-утописты XIX в. были убеждены, что новая организация общества не может явиться результатом насильственного свержения старого строя. Подобные средства, говорил, например, К.А. Сен-Симон, годятся только для раз­рушения, а не для созидания. Стимулом движения к новым общественным отношениям провозглашалось им «братство людей» как следствие развития человеческого разума, прогрес­са науки и общественного мнения. Такое направление соци­ального развития он связывал с «новым христианством», но­вой религией, которая будет распространяться силой морали и направлять общество в его движении к великой цели. Нужно отметить, что во взглядах социалистов-утопистов ХIX в. ощу­щаются идеи французских философов XVIII в. К.А. Гельвеция и Д. Дидро о том, что человек есть продукт обстоятельств и вос­питания и поэтому среда играет ре­шающую роль в образовании его характера. Эти положения служили со­циалистам-утопистам основанием для вывода о необходимости сделать обстоятельства жизни истинно чело­вечными, чтобы воспитывать раци­ональные и гуманные характеры лю­дей, способствующие благополучию как индивида, так и всего человечес­кого сообщества в целом.

 
2.jpg

Интересно знать

По достижении 7-летнего возраста для части афинских детей начинался этап школьного обучения. В состоятельных семьях попечение о маленьких школьниках возлагалось на раба-воспитателя, педагога. Слово «педагог» буквально означало «детоводитель». Это был более или менее развитый домашний раб, который сопровождал ребенка в школу и следил за ним дома. Постепенно из обычного раба педагог превращался в домашнего воспитателя.

Афинские учебные учреждения — «дидаскалейоны» — первые учебные заведения эпохи классического периода — были частными, следовательно, платными. Соответственно целям воспитания, включавшим во взаимосвязи духовное и физическое развитие, в Афинах существовало два типа школ — мусические и гимнастические — палестры.